Met Orchestra под управлением Яника Нети-Зегена выступила на сцене Королевского Альберт-холла в программе, полностью посвящённой Рихарду Штраусу. Вечер включал фрагменты из опер и два крупных оркестровых произведения композитора, и критика отметила сочетание артистической смелости и исповедальной масштабности музыки.

Структурные особенности Rosenkavalier

Сюита из Rosenkavalier, составленная неизвестной рукой, была охарактеризована как неуклюже собранная — ряд разных музыкальных «бонбонов», соединённых без очевидной логики, с чрезмерно напыщенным финалом. В этой части программы Нети-Зеген предпочёл позволить музыке развёртываться естественно, вместо того чтобы насильно сглаживать переходы.

Ключевым достоинством исполнения стали любовные сцены: оркестр был описан как просторный и пластичный, хотя отсутствие человеческого голоса, по мнению обозревателя, не позволило полностью раскрыть эмоциональный потенциал этих эпизодов.

Соло и драматический контраст в Salome

Южноафриканская сопрано Элза ван ден Хивер выступила с финальной сценой из Salome и произвела сильное впечатление. В её исполнении присутствовала как неумолимая ярость, так и разладившееся влечение, голос был звучным, а дикция — отчётливой. При этом в некоторых моментах оркестр перекрывал вокал.

Эта часть концерта придала программе необходимый человеческий элемент, заполнив тот эмоциональный разрыв, который оставлял инструментальный фрагмент Rosenkavalier.

В исполнении также прозвучали другие фрагменты Штрауса, где наблюдались небольшие курьёзы и сценические недоразумения, но в целом они лишь добавили ощущения профессиональной сплочённости коллектива.

Ein Heldenleben — масштаб и драматургия

Симфоническая поэма Ein Heldenleben была второй крупной частью программы и получила высокую оценку за выполненное чтение. Исполнение отличалось размахом, решимостью и вниманием к более нежным моментам партитуры.

В оркестровом аспекте прозвучали выразительные партии: придирчивые духовые и пара мрачных туб — образ критиков композитора; сольная скрипка Бенджамина Боумана воплотила капризного спутника героя; маршевая оффстейдж-брасс и оркестровая битва предшествовали итоговому светящемуся эпилогу.

  • Оркестровая пластика и простор в любовных сценах Rosenkavalier.
  • Вокальная драматичность и дикция Эльзы ван ден Хивер в Salome.
  • Оркестровый колорит и символика инструментальных партий в Ein Heldenleben.

В целом критический приём концерта свелся к признанию классного уровня коллектива: несмотря на структурную неуклюжесть некоторых сборников и моменты инструментального доминирования над голосом, программа была исполнена с художественной зрелостью и эмоциональной завершённостью.